то, что я сейчас делаю. «А я ведь ничего такого и не делаю», – отвечала я самой себе. Ведь просто гулять по набережной с другом моего мужа –
это же не измена! Мы гуляли долго, наверное, аж до Адлера дошли. С моря потянуло холодом, и у меня начали коченеть пальцы, которые я тщетно пыталась согреть в карманах своей коротенькой куртки.
– Надо вызвать такси, – рассмеялся Илья. – Замерзла, что ли? Иди сюда, согрею.
Я замерла и соображала. Так замирают кошки, когда кто-то собирается их погладить. Кошка недоверчиво смотрит на опускающуюся на нее ладонь и как будто взвешивает все за и против, пытаясь понять, стоит ли человеку позволить это глажение.
Позволить себя обнять – это уже измена или еще нет? Я же обнимаю маму или папу при встрече и прощании. Я обнимаю друзей. Я делаю это безо всякого сексуального подтекста. Я искоса посмотрела на Илью, который задумчиво глядя в экран телефона, ставил локацию, чтобы вызвать такси. Вряд ли что-то произойдет, если он меня просто обнимет. Илья оторвал свой взгляд от телефона и молча посмотрел на меня. Я сделала шаг ему навстречу. Он улыбнулся и обнял. И мы ждали такси. И обнимались. Я на всякий случай отставила попу назад, чтобы эти обнимания носили сугубо асексуальный характер. Я просто обнимала его верхом моего туловища. И мне было хорошо, но я не переставала думать, а вот это уже измена или нет? Определенно нет. Это не измена.
А потом мы ехали в такси, на заднем сидении, и о чем-то разговаривали. Я устало завалилась на бок, положив свою голову ему на плечо, а он гладил меня по голове. И мне было хорошо. Это уже измена или еще нет? Да, вроде, нет. Конечно, это не измена.
– Ты вкусно пахнешь, – вдруг сказал он. Я кивнула головой и пробормотала: «И ты тоже». А вот это уже измена? Вроде, не измена.
А потом мы бродили по гостинице, и я старалась не смотреть на него. А он вдруг замолчал. «Вот бы он просто остановился и опять меня обнял», – подумалось мне. Но гостиница, как назло, была отапливаемая, и было совершенно не холодно. Кстати. Желать обниматься с ним – это уже измена? Скорее всего, нет, это не измена, это же просто мысли. Я ничего плохого не делаю. Просто хожу, как дура, по гостинице с человеком, которого хочу обнимать. Как только я сформулировала эту мысль, в голову закралось тревожное предчувствие. Как будто я нахожусь в шаге от измены.
– Слушай, а ты не слышала историю, как твой муж обоссал крысу? – вдруг неожиданно возобновил разговор Илья. Удивилась ли я в тот момент? Конечно, удивилась. Причем я удивилась не тому факту, что мой муж опорожнился на крысу, нет, я привыкла к подобным его выходкам. Я удивилась, что Илья решил разбавить романтику момента именно этой фразой. Наверное, он тоже почувствовал, что мы делаем что-то нелегальное, и попытался отрезвить сознание этой репликой. Поэтому я послушно стояла и слушала историю о том, как мой благоверный, находясь в состоянии алкогольного куража, поймал на балконе огромную крысу, убил ее, помочился и скинул с 37-го этажа вниз. И теперь все зовут его Крысобой. Расхотелось возвращаться к мужу. Но и обниматься расхотелось. Зато теперь сложилось ощущение, что это точно дружеская прогулка, а не измена. Спасибо мертвой крысе за это.
– Спасибо за историю, она убила весь романтический настрой, – невесело пошутила я. – Если б ты ее не рассказал, я б уже целовалась с тобой тут под лестницей.
И тогда Илья молча притянул меня к себе и поцеловал. И мы стояли в цоколе гостиницы, в полумраке, и целовались. Иногда я отрывалась от его губ, чтобы пробормотать что-то типа «так нельзя», после чего он шептал «я знаю» и продолжал целовать меня. Это измена? Определенно, да!
Самое интересное, я скатывалась в эту измену постепенно, шаг за шагом, и мне казалось, что я контролирую себя и весь процесс. Как по итогу оказалось, я не контролировала ничего. Не верьте себе, если вам будет казаться, что «в нужный момент я остановлюсь», вы не остановитесь. Вы остановитесь ровно в тот момент, когда терять уже будет нечего.
Как говорил Никколо Макиавелли, в жизни, как под дождем, наступает момент, когда уже просто все равно. С изменами та же беда: сначала ты стараешься остаться чистым и честным, стараешься пробежать под каплями дождя так, чтобы сохранить себя нетронутой. В какой-то момент понимаешь, что надо бежать ловчее, иначе насквозь промокнешь. А потом останавливаешься и понимаешь, что на тебе уже нет сухого места, и все твои попытки сохранить себя ни к чему не приводят. И становится все равно. И ты спокойно идешь под ливнем, вода стекает тоненькими струйками по лицу, дождь льет за шиворот, и мокрая одежда неприятно липнет к ногам, а тебе уже наплевать.
Измена от выгорания
Самый бесперспективный вариант. Если верить психологам, это единственный вид измены, после которого практически невозможно «начать все сначала». Когда человек настолько опустошен, что изменяет демонстративно, он не хочет, чтобы его вернули в отношения, он хочет избавиться от этих отношений. Возможно, он пробовал разные способы уйти и теперь дошел до самого края.
Измена от выгорания характеризуется следующими признаками: усталость и эмоциональное истощение, которые накапливаются годами. Нет никаких сил радоваться жизни. Иногда кажется, что проще свести счеты с жизнью, а тут появляется человек, который заставляет вновь почувствовать вкус этой самой жизни. Сложно противостоять такому соблазну. Скрывать свою измену особого смысла человек не видит. Наоборот, изменщик, скорее всего, будет оставлять незаблокированный телефон на столе или открытую переписку в соцсетях.
Измена в данном случае – это способ причинить партнеру боль, заставить его уйти. Поэтому, когда муж изменяет от выгорания, а жена вдруг начинает наряжаться в кружевное белье и готовить вкусные ужины, мужа это только бесит. Это не то, чего он хотел добиться. Он хотел, чтобы жена заскулила и убежала. А она в два раза радостнее машет хвостом.
В измене от выгорания нет смысла бороться с соперницей. Не в ней дело. Она просто способ свалить из отношений, она – инструмент. Как молоток, который висит в автобусах с надписью: «В случае необходимости разбить окно молотком». Если его не будет под рукой, при необходимости можно разбить стекло кейсом или еще чем-нибудь увесистым. Не важно, чем. Главное, выбраться из этого гребаного автобуса под названием «семейная жизнь».
Вы изменяете
Если выгорели вы сами и больше
